#19
«Какая у фразы роль в абзаце?»
#19
«Какая у фразы роль в абзаце?»

#19
«Какая роль у фразы в абзаце?»


Серия «100 вопросов…» поясняет кусочки книги. И вот — сегодняшний: «Главную мысль абзаца содержит предложение, которое англоговоряне называют topic sentence (или focus sentence). Другие фразы поясняют topic sentence, добавляя подробностей. Могут присутствовать и bridge sentences, мосты-переходы, соединяющие этот абзац с соседними. Стараясь донести много информации, удерживайте ритм объяснения: «сжатая мысль — подробности и доказательства — новая сжатая мысль — ...». В не-информационных текстах роли предложений могут распределяться иначе, но взаимодействуют предложения всегда».
В академическом языке абзацные роли предложений предопределены очень жестко. Ролевой стандарт задан англоязычным научным сообществом, что несколько извиняет мою лень, помешавшую сделать для вас картинки с русским текстом, аналогичные вот этим:
Стартовое topic sentence, затем подробности (points, три штуки), и в конце абзаца — вывод. Можно эту схему и дальше детализировать:
«Подробности» могут быть фактами (в том числе — примерами) или объяснениями фактов. При этом они по смыслу связаны и со стартовым предложением абзаца и, шире, с темой всего текста. Также стандарт подталкивает «объяснять значимость фактов». Переходные (transitional) элементы важны тоже, но о них — не сегодня.

Таков жесткий и надежный абзацный каркас — буквально, «делай раз, делай два...». Помимо научных писаний его можно использовать в информационных текстах, не претендующих на увлекательность и художественность.

А когда мы отходим от сухого информирования, каркас начинает некрасиво выпирать из текста. Не всегда, но часто.
В беллетристике абзац менее структурирован — это всего лишь ритм вместо мелодии. Чем больше беллетристики вы будете читать и писать, тем больше будете ощущать, что абзацы выстраиваются сами. А это и есть то, чего вы хотите. Когда пишете, лучше не думать слишком много о том, где начинаются и кончаются абзацы; фокус в том, чтобы предоставить действовать природе. Если вам это потом не понравится, переделайте. Для того и существует переписывание.
Стивен Кинг, «Как писать книги»
Хитрый какой Стивен-то наш. «Лучше не думать слишком много». А слишком много — это сколько? А сколько думать надо?

Ладно. Поищем структуру «начало — подробности — завершение» в художественных абзацах.
Каттер часто ходил в сад медленной скульптуры в Ладмиде, чтобы посидеть в одиночестве среди изваяний, посвященных богу терпения. Сад тоже лежал в руинах. На каменных газонах, среди каменных кустов лежали огромные валуны осадочных пород, сплошь в трещинах и прожилках: в строго определенных местах пробивали отверстия и по капле вливали туда кислоту, которая медленно разъедала камень, а дожди, солнце и мороз помогали ей. Годы спустя валун распадался на части, приобретя заранее предугаданную форму. Медленные скульпторы никогда не открывали своих секретов, и их замыслы становились ясны лишь через много лет после смерти творцов.
Чайна Мьевиль, «Железный Совет»
Начало есть, оно вводит понятие «cад медленной скульптуры». Далее — подробности-объяснения, что за сад такой. Является ли последнее предложение полноценной концовкой? В текстово-академическом смысле — нет, зато оно завершает описание сада, по сути, это «самая яркая подробность», значит место её — именно в конце абзаца.

Видите, логика понемногу мутирует из «только информирующей» в «завлекающую».
Дмитрий Иванов, «За не очень высоким забором»
Сначала я смотрел варианты готовых садов. Они продаются, пожалуйста. Но все варианты меня огорчили. Потому что вариант оказался один. У ландшафтных дизайнеров, как оказалось, совсем нет фантазии. Это странно, ведь дизайнер, по идее, иметь ее должен. Но оказалось, что ландшафтные дизайнеры научились зарабатывать, не включая фантазию. Все сады на продажу были клонами, копиями одной и той же открытки. Убогий искусственный прудик, рядом — жалкие камушки, которые всем видом своим, кажется, извиняются, что их заставили называться «садом камней», далее — пара-тройка клумб с цветочками, какими-то слишком красивыми, лживо-красивыми, как фотографии Лизы-шоумена, затем – пара изувеченных садистом-садовником горбатых деревцев: считается, что они в японском стиле, а на самом деле они просто не могут убежать от садовника, чтобы нормально расти, далее — гротик, в котором непонятно вообще, чем заниматься: тесно и сыро, кроме туберкулеза ловить там нечего, ну и наконец, неизменная альпийская горка, со стелящимися низко, похожими на предателей Родины, мхами, и еще рядом с горкой — скамейка, на которой можно сидеть, смотреть на этот ботанический ад и думать. Что думать? Какой же ты дебил, что так потратил чудом заработанные деньги. В общем, готовый сад я покупать не стал.
Будь этот абзац «академичным», последняя фраза, «Готовый сад я покупать не стал», стояла бы вместо нынешней первой или до неё. Это ж явно topic sentence: информируют о важном решении, а подробности (почему не купил) можно и потом пустить. Да, так можно сделать, оставив финалом слегка измененный панчлайн про дебила-растратчика (тогда это будет вывод с обоснованием: не купил готовое, потому что только дебилы купят такое).

Однако здесь на финальное действие («...покупать не стал») намекает уже и начало — интриги нет. А вот когда интрига есть, художественная логика не велит начинать абзац с развязки.

Информируя «академически», мы говорим самое важное в начале абзаца и подытоживаем это же в конце абзаца — чтобы читатель лучше понял и побольше запомнил. Развлекая, мы меньше заботимся о запоминании и больше — об эмоциях, так что развязку обычно оставляем для финала, да и повторять факты уже не обязательно.

Другое отличие худ. логики — подробностям разрешается не быть правдивыми. Деревья не хотят никуда убежать, мхи вообще-то не похоже на предателей Родины. Ну и что? У нас тут творчество, значит сохраняем выразительные вымышленные псевдоподробности — и мхи будут предателями.
Стивен Фрай,
«Пресс-папье»

Что сказало бы мое юное «я», увидев меня теперешнего, сидящего с шестью бутылками пива перед телевизором и жадно глотающего любые спортивные состязания, какие тот может предложить? «Я» это выпрямилось бы во весь его долговязый рост и презрительно усмехнулось бы. Фрай, нескладеха из четвертой сборной школы, следит за каждым ударом, сделанным во время чемпионата по гольфу? Фрай по прозвищу Жердь, который однажды вышел на поле для регби в меховых перчатках и шарфе, орет: «Да не было там никакого офсайда!»? Фрай, совавший голову в кусты цветущего ракитника, чтобы вызвать у себя приступ астмы и отмазаться от крикета, всеми правдами и неправдами добивается возможности представить зрителям Дениса Комптона, который собирается рассказать им о сравнительных достоинствах Миллера, Хедли и Ботбэма? Немыслимо.
Где в этом абзаце главная мысль?«Немыслимо, что Фрай может быть фанатом спорта». Она вообще не выражена прямо, вычисляется только из общего объема подробностей. Типично для литературы (и недопустимо для информационного/научного текста).

А как тогда устроен этот абзац? Начало — вопрос, вторая фраза — ответ. Затем комические подробности, обосновывающие ответ. А в конце — «Немыслимо», которое ещё дополнительно усиливает ответ и выводит на главную мысль абзаца.

Запутанно, да? Бывает и запутаннее. Вот вам метафора: абзацы — это такие мысленные циклы: входим в цикл, проходим его, рассматривая подробности (может быть, несколько раз подряд проходим!), выходим, заходим в следующий цикл-абзац. Но циклы бывают разными! Длинными, короткими, прямыми-академическими, запутанными-художественными, прямыми-художественными...

Итак, какие ключевые роли-задачи есть у предложений?

Вводить новую информацию (в том числе — эмоциональное отношение автора к прошлой информации).
Разворачивать предыдущую информацию, пояснять.
Подготавливать ценное следующее предложение (см. «Что думать?» в тексте Иванова).
Поворачивать развитие мысли в совершенно неожиданную сторону (см. следующую за «Что думать?» фразу)
Оканчивать фрагмент (абзац или главу), ставить точку в тексте. Или ставить многоточие.
Быть связкой, присоединяющей предыдущий или следующий абзац.

О предложениях-связках и о связках внутри предложения — в следующей статье.
Упражнение
Откройте любую статью и возьмите с полки любую художественную книгу. Взяв там и там по десятку абзацев, проанализируйте все предложения, отмечая их внутриабзацные роли.
Тимур Аникин, пятого апреля 2019.
Иллюстрация — mikser45/Shutterstock.